Голос Дмитрия Хворостовского будет жить всегда

Прекрасный голос и истинная человечность великого оперного певца Дмитрия Хворостовского не подвластны смерти, забравшей его жизнь в самом расцвете.

Сегодня из Лондона поступило трагическое известие о смерти знаменитого на весь мир баритона .

Семья Д. Хворостовского на официальной странице в фейсбуке опубликовала сообщение о его кончине: «От лица семьи Хворостовских мы с тяжелым сердцем сообщаем, что Дмитрий Хворостовский – любимый оперный баритон, муж, отец, сын и друг – скончался в возрасте 55 лет. После двух с половиной лет борьбы с раком мозга он тихо ушел этим утром, 22 ноября, в окружении семьи рядом со своим домом в Лондоне, Великобритания. Тепло его голоса и его дух навсегда останутся с нами.»

16 октября народному артисту России Дмитрию Хворостовскому исполнилось 55 лет.

В уход этого талантливого, сильного и глубоко порядочного во всем человека не хочется верить. Он любил жизнь во всех ее проявлениях и заражал этой любовью всех, кто его окружал. Уверена, с этим согласятся все, кто хотя бы раз с ним встречался.

В одном из недавних интервью популярному российскому телеканалу он сказал: «Я вёл и веду честную игру с жизнью». И это было абсолютной правдой. Он был простым, открытым, воспитанным, высокообразованным и честным по отношению к себе, людям и делу, которому посвятил жизнь.

Дмитрий Хворостовский часто выступал в Италии и благодаря профессии, мне выпало огромное счастье общаться с этим человеком. Запомнилось, как он тепло, с особым трепетом говорил о своей семье, детях и музыке, которой всецело отдавался. Во время интервью (одно из них читайте ниже, – ред.) он рассказывал, почему избегает общения с российскими миллионерами, обосновавшимися в Лондоне, и часто подчеркивал свои опасения за поколение, рожденное в 90-х, считал его потерянным, «потому что искусство и классика миновали их». Дмитрий сильно переживал, что музыку исключили из программы образовательной школы, и считал это преступлением. Он был уверен в том, что «без определенного воспитания люди не будут бережно относиться друг к другу, не смогут любить по-настоящему, не смогут защищать свой мир, свою любовь.»

Прощай, Великий русский баритон! Светлая память.

Биографическая справка: Дмитрий Хворостовский родился 16 октября 1962 г. в Красноярске (СССР).

Послужной список одного из самых популярных и востребованных оперных певцов современности богат наградами и званиями: Народный артист Российской Федерации (1995), лауреат почетной премии РСФСР имени Глинки (1991), обладатель международной премии, вручаемой за вклад в оперное искусство – Opera News Award, награжден орденом РФ «За заслуги перед Отечеством» IV степени (2017 г.) и др.

Д.Хворостовский выступал на сценах миланской оперы Ла-Скала, Берлинской и Баварской государственных опер, лондонского Королевского театра «Ковент-Гарден», Метрополитен-оперы в Нью-Йорке. На родине его голос звучал в Мариинском театре (Санкт-Петербург), театре «Новая опера» (Москва) и Государственном кремлевском дворце. В рамках проекта “Хворостовский и друзья” на свои выступления он приглашал таких великих исполнителей как Рене Флеминг, Суми Йо, Сондра Радвоновски.

Д. Хворостовский – один из первых среди оперных певцов выступил с сольным концертом на Красной площади в Москве, откуда шла прямая трансляция в 25-ти странах мира. В 2005 г. он совершил исторический тур по городам России по специальному приглашению президента России В.Путина, выступая перед многотысячными слушателями с концертами, посвященными воинам, павшим в Великой Отечественной войне.

Как сообщил ТАСС певец и депутат Госдумы Иосиф Кобзон, Дмитрий Хворостовский оставил завещание, согласно которому его тело должно быть кремировано, а прах разделен на две части и захоронен в двух важных в его биографии городах: в Москве и на родине певца – в Красноярске.

Близкая к Д.Хворостовскому российская поэтесса, автор многочисленных текстов для песен российских и зарубежных популярных исполнителей, Лилия Виноградова, которая живет в Италии, сообщила, что прощание с Д.Хворостовским пройдет в Москве.

Интервью, опубликованное 05 мая 2011 г. в русскоязычной итальянской газете “Наша Газета. la Nostra Gazzetta”.

Дмитрий Хворостовский: «Завоевательский дух во мне еще не иссяк»

В марте этого года в Государственном Кремлевском Дворце на суд требовательной Российской публике был представлен совершенно новый, никому неизвестный проект – “Дежавю”. Необычный синтез итальянской лирики Лилии Виноградовой, современной музыки Игоря Крутого и классического баритона Дмитрия Хворостовского дал причудливое переплетение, казалось бы, несовместимого. “Визитной карточкой” нового альбома “Дежавю” стало произведение Toi et Moi (“Ты и я”), где Дмитрий Хворостовский выступил в роли палача, который, выполняя вердикт суда, расправляется с красавицей, убивавшей своих возлюбленных, и сам влюбляется в нее. Программа состоит из двух частей: в первой сосредоточены композиции в жанрах лаунж-мьюзик, хаус-мьюзик, техно. Во второй – русский романс, французский шансон и итальянская канцона.

Уже в перерыве после первого акта восторженная публика оживленно обсуждала происходящее. Восторг вызывало все – слияние в одном целом двух музыкальных противоположных миров; явление известного оперного певца в совершенно другом жанре и необычайно харизматичная манера исполнения Хворостовским новой программы, широкий спектр эмоций, которые он демонстрировал на сцене…

Оценить музыкальный эксперимент, ставший наглядным примером тому, как мэтры российской эстрады и шоу-бизнеса могут работать друг с другом, довелось нашему главному редактору, благодаря любезному приглашению организаторов концерта. О своем новом проекте, о будущих проектах, и о многом другом оперный певец с мировым именем Дмитрий Хворостовский рассказал в своем эксклюзивном интервью “Нашей Газете”, в перерыве между выступлениями. Беседа состоялась в гостинице “Балчуг” в Москве. Первый баритон современности не грешит звездной болезнью, удивительно прост в общении, импозантен, уверен в себе, интеллигентен и большой жизнелюб…

Корр: Дмитрий, Вы человек, который не перестает удивлять публику. Мне посчастливилось побывать на “Дежавю” и опять Вы удивили, представ в новом амплуа и сочетав, казалось бы, несочетаемое… Как родился этот проект и чем проще удивить публику классикой или новизной?

Дмитрий Хворостовский: Я бы не хотел делать таких различий. А насчет удивления… Скорее это не удивление, а потрясение, которое публика испытывает независимо от того, классика это или не классика. И если происходит искра, если люди потрясены (не удивлены) чем-то по-настоящему, то это уже результат. Потому что призвание артиста и назначение искусства именно в этом и состоит; не в наслаждении, не в получении минимального эстетического наслаждения, а в потрясении. Этим отличается искусство от всего остального. Поэтому то, чем мы занимались с Игорем, было рассчитано именно на такую реакцию, и поэтому все получилось. Я считаю, что «Дежа вю» – это не популярная музыка, это не концерт. Это шоу, в котором не простые слова, а поэзия. В нем приняли участие много талантливых людей, которые горели этим проектом и посвятили этому весь год.

Корр: Известно, что создатели шоу “Дежавю” надеются показать его во многих странах. И ближайшее время концерты состоятся в Петербурге, Киеве и Нью-Йорке, в мюзик-холле “Радио Сити”. Судя по тому, что в “Дежавю” есть итальянский след (Лилия Виноградова, написавшая стихи к музыке, живет в Италии, – ред.), планируете ли Вы представить этот проект в Италии?

Дмитрий Хворостовский: Я бы очень хотел. Но как бы ни были эти слова итальянскими, Виноградова – русская поэтесса, талантливейшая! Многогранная и очень глубокая. Ее поэзия итальянская, но в ней щемит русская боль, русская любовь, и ничего итальянского там нет. В музыке Крутого, несмотря на то, что она написана в разных стилях, сквозит то же самое. Это – исконно русская вещь. В Италии мне хотелось бы показать “Дежавю”, но не думаю, что это хорошая идея. Хотя, как знать?! В принципе к Италии я отношусь с пиететом и большой осторожностью. Для меня Италия – это, прежде всего, страна, которая родила такие жанры, как опера, искусство бельканто; которая славилась всегда своими традициями, оперой и своей публикой, которая любит, обожает и ценит оперу. Поэтому с Италией я и хочу и не хочу рисковать. Терять мне нечего, но я слишком бережно отношусь к этой стране.

Корр: Кто из итальянских исполнителей Вам близок больше всего?

Дмитрий Хворостовский: Десятки и десятки… Во-первых это и оперные исполнители прошлых лет, на которых я воспитывался… Это и Карузо и Лучано Паваротти, Бартоли Чечилия, Джорджо Ронкони и многие другие итальянцы… Это величайшие певцы, которые прославили оперу как жанр и которые навсегда останутся в истории. И много еще других итальянских певцов, благодаря которым в принципе я запел, так как я пою сейчас. Если бы не изучал, не слушал этих оперных исполнителей, не знаю, где бы я сейчас был.

Корр: Чем бы Вам еще хотелось удивить поклонников Вашего таланта?

Дмитрий Хворостовский: Я очень хочу спеть в Большом театре, и надеюсь, что это получится. Я бы хотел спеть гала-концерт и что-то стоящее из тех ролей, которые я любил петь. Завоевательский дух во мне еще не иссяк и поэтому я хотел бы в Большом театре поставить свою “жирную точку”. Завоевать что ли! И есть целый ряд оперных ролей, которые я собираюсь петь в грядущий сезон и новые проекты, о которых я пока не скажу. Планируются новые вещи, но делать это ради того, чтобы удивить, я не хочу. Для меня важно, чтобы это было мне интересно, и чтобы получилось так, как с другими-то публичными проектами, как, например, цикл советских песен, которые напевают.

Корр: Благодаря этому проекту Вас стали называть Голосом нации…

Дмитрий Хворостовский: Не хочу даже в одном ряду стоять с теми, кому присвоили то или иное звание… Называть у нас любят: Примадонна, Золотой Голос и т.п. Даже, если меня называют очень хорошо, я бы этого не хотел. Но все равно приятно.

Корр: Дмитрий, Вас очень многое связывает с Италией. У Вашей жены есть итальянские корни, в детях течет итальянская кровь, Вы сами прекрасно говорите на итальянском языке… Планируете ли Вы выступать в этот знаменательный Год Италии-России в Италии?

Дмитрий Хворостовский: В этом году у меня не планируется никаких концертов в Италии. В Вероне ничего не получилось и в других театрах тоже. В Италии, как всегда, происходят пертурбации. Хотя я пою с итальянцами на одной сцене. Например, вот только недавно в Абу-Даби выступили с итальянским дирижером, который работает в Сан-Франциской опере. Потрясающий дирижер! Работаю также и с другими итальянскими дирижерами и исполнителями.

Корр: Если не секрет, то на какой сцене и в каком жанре – оперном или концертном – Вам легче выступать?

Дмитрий Хворостовский: Нигде не легко. Приятнее и дружелюбнее выступать в «Метрополитен-опера». Потому что там я пою с 1995 года, а в Уигмор Холл (Wigmore Hall) в Лондоне – с 1992 г., где выступаю практически каждый сезон. Это две мои домашние компании, к которым я хорошо отношусь, и где меня знают. И там я всегда нахожусь в приподнятом настроении, всегда шучу, всех подзуживаю, там я совершенно другой человек, чем в нормальной жизни. Потому, что это – театр!

Корр: Что для Вас является источником вдохновения, и где вы черпаете силы? Ведь каждый выход на сцену требует большой отдачи энергии и сил…

Дмитрий Хворостовский: Где черпаю силы? Каждое выступление – это процесс обмена, который происходит на сцене, когда часть энергии отдаешь, и определенную долю получаешь взамен. Это чем-то тебя обогащает. Силы придают ежедневные занятия, работа, общение с любимыми людьми, встречи с интересными новыми людьми, литература, музыка, какая-то проходящая мимо улыбка, да все, что угодно… Даже причиненная боль, которая оставляет зарубку в душе, эмоциональный шрам, которые тоже при желании в какой-то момент можно использовать. Потому что для сцены все средства хороши, ведь сцена – это жизнь для нас, и мы переносим в реальность все то, что происходит на сцене.

Корр: Вам часто приходится импровизировать? К примеру, случается ли, что внезапно забывается текст и нужно выходить из ситуации?

Дмитрий Хворостовский: Импровизировать приходится, причем на всех языках. Когда забывается текст, сразу же срабатывает экстремальная полочка и начинаешь вспоминать Пушкина, к примеру…

Корр: Как-то Вы сказали, что к России относитесь как к Матери. Планируете ли Вы когда-нибудь переехать жить в Россию?

Дмитрий Хворостовский: Жить? Нет. Жить я хочу там, где живет моя семья. Семья практически никогда не жила в России. Тогда к чему такие эксперименты? Одно время я бравировал, что хотел бы приехать в Россию и жить в тайге, в деревянном домике с женой и лайкой, и там же умереть… Но я не такой человек, и в настоящей сибирской деревне я был всего лишь один раз. Я человек – городской и большую часть жизни провожу на колесах. Я как вечный скиталец: от пребывания на одном месте больше двух недель мне становится плохо, даже дома. Охота к перемене мест – она та же охота или не охота, неволя просто. Хотя ездить мне не очень нравится, и летать сейчас не особенно приятно. Это дискомфорт и определенного рода унижение. Но, уже находясь в каких-то новых местах, я чувствую себя очень комфортно.

Корр: Дмитрий, Вы прививаете своим детям русскую культуру?

Дмитрий Хворостовский: Да, безусловно! Не знаю, кто они – англичане или французы? Они просто мои дети. И они так же, как и я, скитаются по свету. Правда, сейчас в меньшей степени, но все каникулы они проводят со мной, в зависимости от того, где бы я ни был.

Корр: В Лондоне, где Вы живете, обосновались российские миллионеры, которые, как известно, любят устраивать вечеринки с участием известных артистов. К Вам обращались с подобными предложениями и поддерживаете ли Вы с ними связь?

Дмитрий Хворостовский: Я не знаком ни с Березовским, ни с Абрамовичем. Виделся только раз где-то с женой Березовского. Я знаю только Александра Лебедева. Но я ни с кем не общаюсь, по той простой причине, что, во-первых, я не люблю тусовки, а во-вторых, я просто не хочу общаться с этим кругом людей.

Корр: Не секрет, что сегодня интерес к классике заметно угасает, и молодое поколение воспитывается не на хорошей классической музыке, опере, а на совершенно другом…

Дмитрий Хворостовский: Интерес угасает и даже не к классике, а к искусству в целом… Новое поколение воспитывается на других ценностях. С одной стороны, нынешнее поколение достаточно продвинутое и практичное, с другой стороны, оно абсолютно невежественное. Поколение, которое родилось в 90-х, потерянное, потому что искусство и классика миновали их, не был заложен фундамент, ориентирующий на любовь к настоящему искусству, и уже поздно что-либо изменить. Поэтому в ближайшее время, когда это поколение начнет править миром, будет страшно. Потому что без соприкосновения с прекрасным, без общения с классикой и эстетического, творческого, музыкального воспитания нет будущего.

Корр: Где, на Ваш взгляд, должен прививаться вкус, любовь к прекрасному – в семье или в социуме? Должна ли создаваться определенная среда для культурной прививки?

Дмитрий Хворостовский: Любовь к прекрасному, безусловно, должна прививаться в семье. Если семья невежественна и не имеет представления о классической музыке, опере, литературе, то ребенок может почерпнуть эти знания и опыт в школе. Даже из-под палки, насильно! Во всяком случае, в советской школе так было. Сейчас программа общеобразовательных школ не ориентирована на воспитание духовного, культурно образованного человека. Музыку исключили из программы образовательной школы, и я считаю это преступлением. Последствия могут быть страшными. Я надеюсь, что этого не произойдет, но это может случиться. Потому что люди вырастают моральными уродами, и без определенного воспитания они не будут бережно относиться друг к другу, не смогут любить по-настоящему, не смогут защищать свой мир, свою любовь. Будут совершенно другие ценности и это страшно.

Корр: И наш традиционный вопрос. Что бы Вы хотели пожелать читателям Нашей Газеты?

Дмитрий Хворостовский: Здоровья, любви, счастья. Читайте Нашу Газету.