Развиваем речь плохоговорящего билингва

Билингвизм сам по себе не является речевой патологией. Однако среди билингвов, точно так же, как и среди монолингвов, есть дети с речевыми патологиями (это могут быть дети с аутизмом, синдромом Дауна, дети с нарушениями интеллектуального и психо-речевого развития и другие).

Я не логопед, не дефектолог, не педагог. Я просто мама русско-греческого ребёнка-билингва, речь которого развивалась по типу "моторной алалии" (несмотря на то что "алалия" - слово греческое, под этим термином в Греции понимается иное "отсутствие речи", я же буду говорить далее о российской терминологии). Когда-то наткнувшись на этот термин в интернете и погрузившись в чтение литературы и форумов, я стала осознавать, что именно не так с моим неговорящим трёхлеткой. В дальнейшем, когда речь у него наконец "пошла", я не испытала шок, а лишь получила подтверждение своим догадкам. Речь алалика не просто отстает, она очень далека от обычной речи малыша.

У моего ребёнка, вероятно, была относительно легкая форма моторной алалии, поскольку он хорошо компенсируется и его развитие идёт по максимально благоприятным прогнозам. Несмотря на то что сложности ещё во многом остаются, будущее оптимистично. Но когда-то мне было очень тяжело, больно и непонятно, что делать. Поэтому сейчас я стараюсь делиться своим опытом, пока самое тяжелое не забыто.

Билингв, хорошо говорящий хотя бы на одном из языков, - это НЕ ребенок с речевой патологией. Это вопрос неравномерного развития языков, тут можно смело читать любую хорошую литературу по билингвизму, подойдет. Сложнее с билингвами, у которых в пассиве есть два родных языка, но при этом нет никакой активной речи ни на одном из языков, либо речь крайне бедна по возрасту и страдает аграмматизмами в обоих языках.

В идеале с такими детьми должны заниматься специалисты (помечтаем) - логопеды, дефектологи, эрготерапевты, владеющие хотя бы в той или иной степени обоими языками ребёнка-билингва. Не исключаю, что такие специалисты доступны в странах, в которых активно говорят на всех языках, которые есть в пассиве у ребёнка. Было бы очень интересно познакомиться с их практикой, если есть информация - буду благодарна.

Я исхожу только из своего опыта и наших реалий. Специалисты у моего ребёнка греческие, т.е. те, которые доступны в стране проживания. Небольшой опыт с русскоязычными специалистами тоже был - по скайпу, а также в периоды нашего проживания в России, ещё на неречевом этапе.

Основной совет, который часто слышит русскоязычная мама с нерусским плохоговорящим ребёнком - откажитесь от русского! Как ни странно, этот совет я чаще всего слышала от русских специалистов и лишь изредка - от греческих. Отказываться или сохранять свой язык - личное решение каждого родителя. Сейчас существуют специалисты и теории, поддерживающие обе позиции, выбирайте свою.

Я выбрала не отказываться от русского. Проблемы моего ребенка не в речи как таковой. Нарушенная речевая функция - показатель неправильной работы мозга, который при этом, как я всё больше убеждаюсь, развивается по своим билингвальным законам. Я не понимаю, как конкретно моему ребенку мог помочь отказ от русского, и знаю, чего сын мог бы лишиться как эмоционально, так и практически (как минимум возможности общения с родственниками в России без переводчика). Основным языком общения моих детей является греческий. Младший сын, речь которого развивается не без огрехов, но в целом без серьезной патологии, по-русски только начинает говорить. Между собой дети общаются на греческом, я же с ними обоими говорю по-русски. Пассивный словарь на русском у них скуднее, так что многие слова приходится уточнять. Но всё это сейчас вызывает не больше сложностей, чем у родителей обычных билингвов.

Самым тяжелым как морально, так и практически, был доречевой этап и начальный этап развития речи билингва-алалика. Исходя из моего личного опыта, позволю дать некоторые советы родителям маленьких билингвов-молчунов.

У ребёнка с ненарушенным интеллектом, но "испорченной" речевой функцией желание выразить себя через речь значительно опережает собственно имеющиеся языковые возможности, поэтому самооценка падает и часто появляется речевой негативизм. Когда ребенок перестаёт даже пытаться выражать себя через слова. Уже позднее, когда он всё же начинает говорить, негативизм может проявляться в ситуации общения с малознакомыми людьми либо в новой обстановке. Так уже неплохо говорящий ребёнок будет не в состоянии попросить у знакомой соседки "дайте печенье" или произнести "спасибо".

Необходимо поднимать самооценку и поощрять любую коммуникацию такого билингва, а это значит:

- не ругать за смешивание языков;

- не критиковать, не высмеивать и не высказывать какие-либо отрицательные эмоции при использовании ребенком "не маминого" языка;

- искренне радоваться любой речевой активности, на любом языке (упор на слове "искренне");

- учить собственный "язык" ребенка - как вербальный, так и невербальный, включая собственно изобретенные им жесты, мимику, слова;

- искать способы повышения самооценки (в первую очередь, подчеркивая сильные стороны ребёнка, его реальные навыки и умения, избегая оценки его речи).

Опытным путем я пришла к выводу, что мне надо быть предельно осторожной в оценке речевых успехов ребёнка. На первом этапе я речь сына не оценивала вообще никак, т. е. старалась реагировать нейтрально, как будто он говорит, как и все другие. Если я понимала его, то ошибки нарочито никогда не исправляла. Для меня было важнее сохранить его желание говорить, а не правильность его речи. Я лишь старалась отразить фразу правильно, когда была не уверена, что поняла смысл. Вот тут бывали нехорошие моменты, когда с первого, или хотя бы второго, раза "угадай мою фразу" не складывалось. Тогда приходилось переживать истерику, с горькими слезами отчаяния и криком "мама, я тебе говорю, почему ты не понимаешь?" (эту длинную, казалось бы, фразу сын освоил довольно рано, когда ещё плохо выражал свои мысли). Или, например, при прослушивании его же записей на диктофоне - самокритичность зашкаливала, разочарование от каких-то ошибок, которые он слышал в записи (и порой не замечал в тот момент, когда говорил), приводило к долгим истерикам.

Непонимание мной ребёнка с первого раза и просьбы "скажи помедленнее" или "повтори, я не поняла" до сих пор воспринимаются им крайне болезненно, несмотря на то что он уже может объяснять словами многое или почти всё, включая свои чувства.

Для стимулирования русского языка для билингва с нарушенной речью подойдут такие же советы, как и для обычных билингвов:

- читать русские книги (если одобряете - ставить русские мультики или русские развивающие игры),

- общаться с русскими родными или друзьями, не владеющими греческим языком, по скайпу и вживую,

- рассказывать о преимуществах двуязычия,

- выбирать то, что интересно самой маме (меня, например, не интересуют колобок и чебурашка, а нравится переводная детская литература и я с удовольствием читаю её детям).

В два года своего младшего ребёнка, когда он в прямом смысле "не мог связать двух слов", несмотря на то что слова были (речь старшего брата была на таком уровне примерно в 3,5 года), я сильно забеспокоилась и всерьез начала подозревать возможное повторение проблем. Отвела на консультацию к логопеду. Решили наблюдать. В 2 года и 1 месяц первые фразы пошли, я немного расслабилась. Сейчас ему 4, в языке есть некая каша, произношение не совсем разборчивое, грамматика страдает, логопеда регулярно посещает с 3 лет. Но говорить о патологии, слава богу, не приходится. Его речь постоянно развивается, он может объяснить другими словами то, что мне непонятно, он учит какие-то стишки и поет песенки. Он полноценно общается, он рисует и даже уже пишет свое имя, он не испытывает проблем с непереносимостью фрустрации и много еще всяких "не". И тем не менее - я держу руку на пульсе.

Оглядываясь назад, я понимаю, что очень долго закрывала глаз со старшим и была в махровой стадии отрицания до того момента, пока проблемы не стали бросаться в глаза уже всем. "Он билингв, они говорят позднее". "Ну и что, что по-русски не говорит, на греческом уж точно заговорит вот-вот". "Мальчики вообще позже говорят". Ну и классика "а вот соседский Ваня (Янис, Петрос) молчал до пяти, а потом как заговорил!". Частично это были мои мысли, частично - советы доброжелателей. И сейчас мне каждый раз хочется кричать, когда я вижу где-то в интернете или слышу на детской площадке, как успокаивают очередную маму молчащего 3-4 летнего ребенка - "ничего, скоро будет болтать - не остановишь".

Да, всегда есть надежда на просто темповую задержку речи, когда действительно "молчал-молчал и заговорил". В случаях с билингвами это может случаться чаще. Но лучше не просто тешить себя надеждами, а убедиться в том, что нет более серьезных проблем.

Если в 2 года нет фразовой речи, пусть с мешаниной в языках и с использованием младенческого лексикона ("ав-ав нани" = собака спит - тоже сойдет за фразу), то пора беспокоиться. Если речь ребенка никак не развивается несколько месяцев, пора беспокоиться. Если вам просто кажется, что что-то не так, пора искать специалиста. Тем более сделать это порой непросто. Найти не только хорошего, но и такого, с которым ребёнок пойдет на контакт. Еще немного по теме - в статье "Коррекционное образование в Салониках".

В заключение напишу об этом, потому что вопросы появляются в личных сообщениях или комментариях довольно часто.

Сейчас ребёнку 6 лет 9 месяцев. Родился и живёт в Греции, в период с 3 до 4,5 лет периодически жил в России. Отец - грек, мама - русская, каждый родитель говорит с ребёнком на своём языке с рождения.

РЕЧЬ. До 3-3,5 лет активный лексикон состоял из пары десятков отдельных слов, частично выдуманных ребёнком (например, яйца он называл "пата", а рыбу - "па"). Понимание до 2-2,5 лет не вызывало сомнений на обоих языках, затем постепенно начало отставать от нормы, т.е. появлялась вторичная интеллектуальная недостаточность в связи с серьёзным недоразвитием речи. Активная жестикуляция и мимика в качестве замены вербальной коммуникации. В целом ребёнок производил впечатление "всё понимает, только сказать не может". С 3,5 лет очень медленное и неуверенное развитие фразовой речи. Активная речь изобиловала аграмматизмами на обоих языках (например, построение отрицания "работает нет" = не работает, "вкусно нет" = невкусно, "дать нет" = не давай, отсутствие артиклей, предлогов, склонений, путаница в родах и т.д.). С 4,5 лет началась плотная коррекционная работа на греческом языке - коррекционный сад, логопеды, дефектологи, эрготерапия. Ребёнок стал хорошо сотрудничать с педагогами (до этого наблюдались сложности). Речь ещё долго напоминала речь "сломанного робота", когда слова выдавались в случайном порядке и общий смысл уловить было затруднительно. Словарный запас формировался очень медленно, долго наблюдались искажения слов и перестановки. Каждое новое слово приходилось "расшифровывать", порой через истерики ребёнка. Часто вместо слова-объекта шло описание ("белое, мусор, вчера" = "фисташки", которые ел вчера). Неадекватная оценка собственной речи (когда слышал свою речь в записи - "мама, а почему я так странно говорю?"). Свой неречевой период не помнит, хотя отлично пересказывает отдельные события из того же периода (но не помнит, что не говорил, и удивляется, когда видит довольно больших неговорящих детей).

Сейчас развитие бытовой речи на греческом более-менее соответствует возрасту. По-прежнему большие сложности даже с элементарным рассказом о прошлом. Выудить из памяти произвольно нужные слова и рассказать "как прошло моё утро", "что я делал вчера" - крайне сложно. При этом спонтанно может вспомнить и рассказать многое. О будущем фантазирует легко и многословно.

Русский язык в активной речи развивается медленно. Коррекционной работы на нём не велось и не ведется. Но по мере развития основного греческого языка русский тоже начал развиваться. Ребёнок хочет говорить по-русски и старается как может, особенно с людьми, которые не владеют греческим.

МЫШЛЕНИЕ, ПАМЯТЬ, ВНИМАНИЕ и другие особенности. Отличная топографическая память (сможет сориентироваться на местности, в которой был единожды пару лет назад). Мышление - яркое образное, особенно стало заметно по мере развития речи и рисования. Повышенное внимание к деталям, зацикливание на деталях (пример: два человечка лего, слегка отличающихся по цвету ручками, воспринимаются как разные предметы). Непереносимость фрустрации. Это, возможно, основное, что до сих пор очень тормозит сына в развитии. В младенчестве одна фрустрация плавно перетекала в другую. Сейчас с этим проще, но до сих пор "мама, я думал, что мы проведем этот день хорошо, а теперь всё пропало" (поводом может быть что угодно - от закончившихся в нужном месте круассанов до потери одной из 3-4 мелких игрушек, которые взял с собой). Из-за этого сложности с командными играми и некоторые затруднения в общении (когда что-то идёт не по его плану).

Повышенная возбудимость с рождения. Проблемы с засыпанием и сном в первые годы жизни. Склонность к истерикам, невозможность успокоиться. Сложности с вниманием и концентрацией (это всегда отставало по возрасту). Не всё гладко с туалетными навыками, но об этом подробно писать здесь не буду. Если надо - задавайте вопросы в личных сообщениях.

МОТОРНЫЕ НАРУШЕНИЯ. Отставание в развитии как крупной, так и мелкой моторики. Неуклюжесть. До 6 с лишним лет - спускался по лестнице приставным младенческим шагом. Сложности с удерживанием равновесия. Почти до 5 лет - рисовал исключительно каракули. Сейчас сложности с обучением письму.

ФИЗИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ. Очень крупный ребёнок (сейчас, в 6 лет 9 мес., 130+ см, 30+ кг, 34 размер ноги, резкое опережение возрастной нормы шло всегда, с младенчества). Здоровье в целом хорошее. ОРВИ и прочими подобными заболеваниями болеет нечасто и относительно легко.

В целом Филипп - очень добрый, живой ребёнок, с богатейшим внутренним миром, ранимый и чувствительный. Мой любимый и не всегда понятный мне мальчик. Этот пост я иллюстрирую его рисунками.