Нужны жестокие стихи, что-бы до слёз. О войне, о людях.

Люди! Просите - Пусть Хиросима Споет о своем несчастье, Песня ее станет вашей любимой, Сердца вашего частью. Город Раскрыл Обожженный рот В муке невыносимой. Люди, вы слышите? Песню поет, Песню поет Хиросима! Голос глухой, голос как медь: ". О нет,

Мужчины и женщины, нет! Разве мы можем петь? Разве могут быть песни у нас, Если нежный солнечный свет Со звездами вместе угас? Если нашим мертвым очам Открываются дали небес, В синеве их, кажется нам, Видим все, что потеряно здесь; Видим ночь среди ясного дня, Слышим вопли в море огня И шипенье, с которым река Кровь и пепел смывает с песка. Разве мы можем петь? Нашим песням вовек не звенеть. Ничего, кроме ваших слез, Нет у тех, кто травой пророс. Ничего не осталось у нас. Ничего, Кроме скорби людской! Лишь цветок полевой Над провалами выжженных глаз. "

Люди! Вы слышите? Песня звучит, Песнь о великом горе. Люди, Для вас эту песню поет Из пепла восставший город, Город, Который вас в гости ждет, - Там песни печально-красивы И так безмятежна, так глубока Синева реки Хиросимы! Синева небес Хиросимы.

Жди меня, и я вернусьКонстантин СимоновЖди меня, и я вернусь.Только очень жди,Жди, когда наводят грустьЖелтые дожди,Жди, когда снега метут,Жди, когда жара,Жди, когда других не ждут,Позабыв вчера.Жди, когда из дальних местПисем не придет,Жди, когда уж надоестВсем, кто вместе ждет.Жди меня, и я вернусь,Не желай добраВсем, кто знает наизусть,Что забыть пора.Пусть поверят сын и матьВ то, что нет меня,Пусть друзья устанут ждать,Сядут у огня,Выпьют горькое виноНа помин души…Жди. И с ними заодноВыпить не спеши.Жди меня, и я вернусь,Всем смертям назло.Кто не ждал меня, тот пустьСкажет: — Повезло.Не понять, не ждавшим им,Как среди огняОжиданием своимТы спасла меня.Как я выжил, будем знатьТолько мы с тобой, -Просто ты умела ждать,Как никто другой.

Полчаса до атаки. ВысоцкийПолчаса до атакиСкоро снова под танки,Снова слышать разрывов концерт.А бойцу молодомуПередали из домаНебольшой треугольный конверт.

И как будто не здесь ты,Если почерк невесты,Или пишут отец или мать,Но случилось другое,Видно, зря перед боемПоспешили солдату письмо передать.

Там стояло сначала:"Извини, что молчала. Ждать не буду".И все. Весь листок.Только снизу приписка:"Уезжаю не близкоТы спокойно воюй и прости, если что".

Вместе с первым разрывомПарень крикнул тоскливо:"Почтальон, что ты мне притащил?За минуту до смертиВ треугольном конвертеПулевое ранение я получил".

Он вскочил из траншеиС автоматом на шее,От осколков беречься не стал,И в бою под СуроюОн обнялся с землею,Только ветер обрывки письма разметал.

Братские могилыВысоцкийНа братских могилах не ставят крестов,И вдовы на них не рыдают,К ним кто-то приносит букеты цветов,И Вечный огонь зажигают.

Здесь раньше вставала земля на дыбы,А нынче - гранитные плиты.Здесь нет ни одной персональной судьбы -Все судьбы в единую слиты.

А в Вечном огне виден вспыхнувший танк,Горящие русские хаты,Горящий Смоленск и горящий рейхстаг,Горящее сердце солдата.

У братских могил нет заплаканных вдов -Сюда ходят люди покрепче.На братских могилах не ставят крестов,Но разве от этого легче.

ДО СВИДАНИЯ, МАЛЬЧИКИБулат ОкуджаваАх, война, что ж ты сделала, подлая:стали тихими наши дворы,наши мальчики головы подняли -повзрослели они до поры,на пороге едва помаячилии ушли, за солдатом - солдат. До свидания, мальчики!Мальчики,постарайтесь вернуться назад.Нет, не прячьтесь вы, будьте высокими,не жалейте ни пуль, ни гранати себя не щадите,и все-такипостарайтесь вернуться назад.Ах, война, что ж ты, подлая, сделала:вместо свадеб - разлуки и дым,наши девочки платьица белыераздарили сестренкам своим.Сапоги - ну куда от них денешься?Да зеленые крылья погон. Вы наплюйте на сплетников, девочки.Мы сведем с ними счеты потом.Пусть болтают, что верить вам не во что,что идете войной наугад. До свидания, девочки!Девочки,постарайтесь вернуться назад.

Семён ГудзенкоПеред атакой

Когда на смерть идут — поют,а перед этим можно плакать.Ведь самый страшный час в бою —час ожидания атаки.Снег минами изрыт вокруги почернел от пыли минной.Разрыв — и умирает друг.И значит — смерть проходит мимо.Сейчас настанет мой черед,За мной одним идет охота.Будь проклят сорок первый год —ты, вмерзшая в снега пехота.Мне кажется, что я магнит,что я притягиваю мины.Разрыв — и лейтенант хрипит.И смерть опять проходит мимо.Но мы уже не в силах ждать.И нас ведет через траншеиокоченевшая вражда,штыком дырявящая шеи.Бой был короткий. А потомглушили водку ледяную,и выковыривал ножомиз-под ногтей я кровь чужую.

Мы не от старости умрем, -от старых ран умрем.Так разливай по кружкам ром,трофейный рыжий ром!

В нем горечь, хмель и ароматзаморской стороны.Его принес сюда солдат,вернувшийся с войны.

Он видел столько городов!Старинных городов!Он рассказать о них готов.И даже спеть готов.

Так почему же он молчит. Четвертый час молчит.То пальцем по столу стучит,то сапогом стучит.

А у него желанье есть.Оно понятно вам?Он хочет знать, что было здесь,когда мы были там.