Анна Ахматова и Борис Пастернак: из истории взаимоотношений

Анна Ахматова и Борис Пастернак два громких имени в литературном наследии ХХ века, два человека со сложными взаимоотношениями. Между ними была и дружба, и полное безразличие друг к другу. Если не задумываться, то их отношения идеальны: комплименты, книги и фотографии с надписями, преклонение со стороны Пастернака, уважение и благодарность со стороны Ахматовой, достаточно редкие встречи. Это были отношения совершенно отличные от душевной близости Бориса Пастернака и Марины Цветаевой.

С Ахматовой дружба не отличалась особенной близостью. Но в глубине она была больше похожа на вражду. Высказывания Ахматовой о Пастернаке были снисходительными, порою даже пренебрежительными. Она всегда отвечала скупо, его восторги не принимала всерьез, делала резкие выводы на его восторженные высказывания о ее лирике.

Как-то она отметит: «Он никогда меня не читал «. Этот вывод она сделает из одного телефонного звонка. Об этом вспоминал Вяч. Иванов: «Анна Андреевна летом, когда я жил в Переделкине, послала через меня книгу Борису Леонидовичу. … Борис Леонидович позвонил Анне Андреевне — поблагодарить за книгу. Она потом мне говорила с раздражением, маскируемым усмешкой: «Хвалит стихи «Сухо пахнут иммортели. » Это же написано сорок лет назад! Он меня никогда не читал».

А потом еще и письмо от 28 июля 1940 года: «Дорогая Анна Андреевна! Давно мысленно пишу Вам это письмо, давно поздравляю Вас с Вашим торжеством, о котором говорят кругом вот уже второй месяц. У меня нет Вашей книги. Я брал ее на прочтение у Федина и не мог исчертить восклицательными знаками, но отметки вынесены у меня отдельно, и я перенесу их в свой экземпляр, когда достану книгу.

Когда она вышла, я лежал в больнице (у меня было воспаление спинного нерва), и я пропустил сенсацию, сопровождавшую ее появление. Но и туда дошли слухи об очередях, растянувшихся за нею на две улицы, и о баснословных обстоятельствах ее распространения. На днях у меня был Андрей Платонов, рассказавший, что драки за распроданное издание продолжаются и цена за подержанный экземпляр дошла до полутораста рублей. . Неудивительно, что, едва показавшись, Вы опять победили. Поразительно, что в период тупого оспаривания всего на свете Ваша победа так полна и неопровержима».

Восхищался Борис Леонидович в этом письме сборником Ахматовой «Из шести книг», который был первым опубликован после 18-летнего перерыва. Но несмотря, ни на что их дружба длилась годы, хоть и была переменчива. Знакомство Пастернака и Ахматовой, как и Пастернака с Мариной Цветаевой, произошло в 1922 году. В случае с Цветаевой знакомство изначально было заочным, по переписке. В 1922 году, потрясенный стихами Цветаевой, Борис написал письмо в Прагу, позже об этом он вспоминал: «В неё надо было вчитаться. Когда я это сделал, я ахнул от открывшейся мне бездны чистоты и силы…

Весной 1922 года, когда она была уже за границей, я в Москве купил маленькую книжечку её «Вёрст». Меня сразу покорило лирическое могущество цветаевской формы… Я написал Цветаевой в Прагу письмо, полное восторгов и удивления по поводу того, что я так долго прозевывал ее и так поздно узнал. Она ответила мне. Между нами завязалась переписка. Мы подружились.

«В том же 1922 году, только в январе происходит первая встреча Пастернака с Анной Ахматовой. Потом, через три месяца встретившись с Цветаевой, он назвал «основной земной приметой» Анны Ахматовой «чистоту внимания». Из письма Цветаевой Пастернаку от 11 апреля 1922 года: «Иду с Коганом, потом … и вдруг — рука на рукав — как лапа: Вы. — Я об этом тогда писала Эренбургу. Говорили о нем, я просила Вас писать ему, говорила о его безмерной любви к Вам… Потом рассказывали об Ахматовой. Я спросила об основной ее земной примете. И Вы, оглядываясь: — Чистота внимания. Она напоминает мне сестру…».

В то время Анна Андреевна считалась первой русской поэтессой. Ахматову знали с первой книги — «Вечер». Пастернак в 1913 году только начал писать. Такие разные… Анна Андреевна всегда во всем была первой. В 1926-м, после приезда Ахматовой с Пуниным в Москву, Пастернак в письме литературоведу Илье Груздеву характеризует ее так: «изумительный поэт, человек вне всякого описанья, молода, вполне своя, наша, блистающий глаз нашего поколения”; и еще: “явленье это так чудесно в своей красоте и стройности». Пастернак первым посвятил Ахматовой стихи — в 1929 году, в “серии” стихов друзьям: Мейерхольдам, Цветаевой, Пильняку и т.д. Его стихи к ней пропитаны нежным вниманием друга . «Анне Ахматовой» Борис Пастернак (см. Приложение №1)

Приложение №1

«Анне Ахматовой» Борис Пастернак

Мне кажется, я подберу слова, Похожие на вашу первозданность. А ошибусь, — мне это трын-трава, Я все равно с ошибкой не расстанусь.

Я слышу мокрых кровель говорок, Торцовых плит заглохшие эклоги. Какой-то город, явный с первых строк, Растет и отдается в каждом слоге.

Кругом весна, но за город нельзя. Еще строга заказчица скупая. Глаза шитьем за лампою слезя, Горит заря, спины не разгибая.

Вдыхая дали ладожскую гладь, Спешит к воде, смиряя сил упадок. С таких гулянок ничего не взять. Каналы пахнут затхлостью укладок.

По ним ныряет, как пустой орех, Горячий ветер и колышет веки Ветвей, и звезд, и фонарей, и вех, И с моста вдаль глядящей белошвейки.

Бывает глаз по-разному остер, По-разному бывает образ точен. Но самой страшной крепости раствор — Ночная даль под взглядом белой ночи.

Таким я вижу облик ваш и взгляд. Он мне внушен не тем столбом из соли, Которым вы пять лет тому назад Испуг оглядки к рифме прикололи,

Но, исходив от ваших первых книг, Где крепли прозы пристальной крупицы, Он и во всех, как искры проводник, Событья былью заставляет биться.

© 2011-2018 KWD (при использовании материалов активная ссылка обязательна)

Музей Марины и Анастасии Цветаевых входит в структуру Государственного бюджетного учреждения Республики Крым "Историко-культурный, мемориальный музей-заповедник "Киммерия М. А. Волошина"