Светлана Пермякова: «Мы еще и второго родим»

Жизнь актрисы навсегда изменилась после появления ребенка. Сейчас она просто нарасхват: новые проекты, новая фигура… Но гражданский муж и дочь Варенька намного важнее.

Жизнь актрисы навсегда изменилась после появления ребенка. Сейчас она просто нарасхват: новые проекты, новая фигура… Но гражданский муж Максим Скрябин и дочь Варенька намного важнее.

— Светлана, все журналы наперебой обсуждают вашу новую фигуру. Не устали еще отвечать на вопросы о диете?— Нет, меня не особо замучили вопросами. Но обидно, что уже в соцсетях начали пользоваться моим именем. Я узнаю от знакомых, что людям морочат голову и продают диету от Светланы Пермяковой. Такая ситуация меня сильно беспокоит. Советуют обращаться в суд, но я пока не решила, что с этим делать. Поскольку я худела вместе с одним журналом, все этапы моего похудения и так освещались в прессе. Каждую неделю выходил материал, где подробно рассказывалось, что мы делали, что кушали, как занимались в спортзале. Так что я просто вернулась в свою собственную хорошую форму.

— Но пришлось, наверное, серьезные усилия над собой совершить, все-таки 16 кг — это не шутка. Героиней себя ощущаете?— Но ведь это все не ради какой-то цели — прославиться, или что-то еще. Это же для здоровья полезно. Лишний вес — это большая нагрузка на сердце, суставы, такого нельзя себе позволять. Тем более я понимаю, что у меня растет дочь, которой нужно бегать, прыгать, ползать, ходить. За ней нужно наклоняться постоянно, а лишний вес — мешает. И потом, дай бог, хочется Варюшку еще и на ноги поставить, и замуж выдать, и с внуками повозиться. Но я не героиня. Любой человек, который собирается сбросить вес, сталкивается с трудностями. Небольшие запреты, сила воли. Но зато есть результат.

— Что было самым сложным? Отказаться от каких-то продуктов или тяжелее дались физические нагрузки?— Нет, ничего такого не было. Я же понимаю, что не навсегда, не на всю жизнь взяла и отказалась от своих любимых соленых огурцов. Или от колбасы. Надо же: не есть жареное мясо, только отварное! (Смеется.) Два-три месяца можно себе позволить не есть сладкого. А потом ты уже постепенно привыкаешь к правильному питанию. И после определенного срока уже можешь позволить себе есть все, только не в прежних количествах. Что называется: на полведра поменьше. (Смеется.)

— Новых платьев себе уже накупили?— У меня еще много чего осталось от прошлого гардероба, когда я худела полтора года назад. Я наконец-то снова могу носить джинсы, которые у меня лежали в шкафу мертвым грузом. С завистью смотрела на них и думала: «Ой, какая же я была, а теперь в них не помещаюсь». Зато теперь все джинсы на мне прекрасно сидят, где-то даже подвисают. И есть желание пойти и купить себе что-то новое, соответствующее размеру.

— С новой ролью телеведущей сразу справились? — Она для меня не такая уж и новая. Я ведь работала радиоведущей, потом у меня был полугодовой опыт работы в «Девчатах», где я смотрела за тем, как работают Шелест, Тутта Ларсен. Да у всех «девчат» подмечала: кто как себя вел, что говорил. КВН тоже о себе напоминает, когда мы целый год вместе с Сан Санычем, Александром Масляковым-младшим, вели «Вне игры». Так что все новое — это хорошо забытое старое.

— Мне кажется, все эти предложения еще и соответствуют вашему характеру. Складывается впечатление, что вы очень легкая на подъем, согласитесь на любую авантюру…— Если складывается такое впечатление — очень хорошо. Разубеждать никого не буду. (Смеется.)

— А как на самом деле? Насколько вы легкая по характеру?— Я вообще человек позитивный и больше пребываю в хорошем настроении, нежели в плохом. Стараюсь видеть во всех вещах положительные стороны. Но я все равно взвешиваю: что за предложения и для чего они. И чтобы других людей не подводить, упаси боже.

— То есть вы при легкости характера не теряете и чувство ответственности? — Конечно. Если я на что-то соглашаюсь, значит, я несу за это ответственность. Я лишний раз должна буду убедиться, что для людей, которые мне что-то предложили, сделаю все качественно и хорошо, никого не подведу. В этом отношении я, конечно, очень щепетильный человек.

— А если перевести это на вашу личную жизнь? Вы решились на то, чтобы у вас появилась Варя, уже в сознательном возрасте — родили дочь в 40 лет. То есть и здесь не побоялись взять на себя ответственность за то, что жизнь кардинально изменится?— Конечно же, жизнь изменилась, когда у меня Варюха появилась! Такая юла. Но это же такое счастье, от которого невозможно отказаться. Да, больше ответственности стало, нужно скорее домой бежать. Очевидно, что появилось больше новых проблем. С нянями, например. Но мы находим альтернативу — и сестра мне двоюродная помогает, и мы с Максом стараемся.

— Максим, несмотря на свой возраст, оказался хорошим отцом? Не боитесь оставлять с ним Варю одну?— Ой, Варенька у нас — папина дочка! Поэтому я ничуть не переживаю, когда Варюша с папой: он и накормит, и подмоет, и памперс наденет, и поиграет, и развлечет. Папа у нас — слава богу, золотой!

— А вас саму материнство сильно изменило? Может быть, стали замечать в себе какие-то новые черты? Стали больше умиляться?— Конечно, я стала очень трепетно относиться к чужим детишкам. Когда мы встречаемся и разговариваем с другими мамами, у нас сразу находятся разные общие темы для разговора. Есть о чем поговорить даже с незнакомыми мне людьми, потому что все сразу улыбаются, дают советы. Я умиляюсь вместе с Варюшей всякими мультиками, нахожу прелесть во всех играх с нею. Это так здорово! Так что я взяла и вернулась в детство.

— Варваре скоро будет год, какие черты характера у нее уже появляются? Чем она вас радует? — Мы сейчас зубики ждем, они у нас уже появляются. Говорим «папа», «мама», «баба», на ножки встаем. Вот, слышите, мы уже пытаемся говорить на своем ангельском языке. Мне нравится, что Варюша просыпается всегда в хорошем настроении, лежит в кровати и смотрит по сторонам: где мама? И мама встает, идет с нею на кухню делами заниматься, Варвара маме помогает, так вместе и работаем.

— Судя по вашей занятости, декретного отпуска у вас почти не было? — Я очень хотела посидеть хотя бы месяца три, чтобы полностью посвятить себя Варюше. Но не получилось, мы с дочкой с полутора месяцев уже стали гастролировать, полетели со спектаклем «За двумя зайцами» в Луганск. В паспорте у нас уже стоит печать — Россия и Украина.

— А как совмещаете съемки в «Интернах»?— «Интерны» — это моя очень яркая отправная ласточка, от которой я ни в коем случае не откажусь. Я на какое-то время уходила, потому что мне пришло время рожать Варюшу. Потом у нас был технический перерыв, и вот сейчас мы снова приступили к съемкам.

— А вы сама в родном городе бываете?— Да, я приезжаю. У меня же там папа, сестры, тети, дяди. Мы и к Максиму на родину приезжаем. Вот, в ближайших планах у нас посетить Варюшину бабушку, у которой будет 50-летний юбилей.

— Вы легко нашли в Москве новых друзей, подруг, когда переехали сюда? — Я же ехала не на пустое место, а на работу. Потом, со мною приехали и некоторые знакомые. Вот даже крестная Варюшки, Оля Селезнева, приехала из Свердловска, жила тогда у меня, когда я снимала комнату.

— Сейчас квартирный вопрос у вас, кажется, уже решен?— Да, слава богу, все решено. Сейчас мы переезжаем в нашу большую трехкомнатную квартиру всей семьей, вот прямо уже на днях. У нас остались только приятные хлопоты по оформлению. Варюшкину комнату хотим красивой сделать.

— Можно ли сказать, что теперь все настолько гармонично в вашей жизни, что вы, наконец, ощущаете себя по-настоящему женщиной?— Конечно. Если все хорошо, мы еще и второго родим, будем надеяться! (Смеется.) Хочется же в дальнейшем какого-то нашего продолжения.

— У меня ваш образ предстал таким: сильная, самостоятельная и самодостаточная женщина.— Ну что вы, мне бы хотелось так выглядеть. На самом деле я очень слабая, мне просто необходимо, чтобы рядышком был мужчина, который погладит меня по головке, скажет, какая я хорошая, пожалеет меня. Нет, я себя чувствую стопроцентной женщиной, пусть даже и с сильным характером.