Великий камень на Шелковом пути

Визит председателя КНР Си Цзиньпина, состоявшийся 10-12 мая, тщательно готовился. Александр Лукашенко загодя акцентировал внимание на наращивании экспорта, привлечении инвестиций, ревизии имеющихся проектов и придании им нового импульса. Китайские приоритеты по версии ИА «Синьхуа» выглядят иначе: проект экономического пояса Шелкового пути, подписание договора о дружбе и сотрудничестве КНР и РБ, совместное заявление о дальнейшем развитии и углублении всеобъемлющих отношений стратегического партнерства, подкрепляющие их отраслевые соглашения, плюс общие идеологические ориентиры - празднование 70-летия Победы. Но китайцы четко понимают суть взаимного интереса: «При таком сотрудничестве Китай получит новые рынки, а Беларусь - новые инвестиции».

Справка «БелГазеты». В 2014г. общий объем торговли РБ с КНР достиг $4,186 млрд., увеличившись на 3,8%. Экспорт в Китай, ключевой позицией в котором являются калийные удобрения, вырос на 38,9%, но так и не сравнялся с импортом.

СМИ уже отрапортовали о результатах переговоров: свыше 50 соглашений, экономический эффект которых оценивается в $18 млрд. КНР традиционно сотрудничает с РБ по финансовой схеме swap: на одолженные китайские деньги белорусы покупают китайское оборудование, китайские товары, услуги китайских специалистов - и наоборот. На этот раз сумма свопа между Нацбанком РБ и Народным банком Китая составила порядка $1,12 млрд.: мы им - Br16 трлн., они нам - 7 млрд. юаней.

Однако громадье планов, исчисляемых триллионами и миллиардами, лишь предстоит реализовать. Как мы помним, после встреч с предшественником нынешнего лидера КНР Ху Цзиньтао обычно так же сообщалось об ожидании эффекта в $10-15 млрд., но спустя некоторое время президент вынужден был экспрессивно вопрошать у подчиненных о причинах, по которым соглашения тормозятся либо не реализуются. И вообще, как признался глава государства, «не всегда мы находим достаточное количество эффективных проектов под эти кредиты».

ВЕЛИКИЙ КАМЕНЬ И ЛЕЖАЧИЙ КАМЕНЬ

Лукашенко еще 4 мая очертил в интервью китайским СМИ контуры сотрудничества Минска и Пекина: «У нас есть огромный великий Китай, у Китая есть очень дружественная страна в центре Европы». Ранее, 7-10 апреля, КНР посетили курирующий двусторонние отношения глава администрации президента Александр Косинец, его зам Николай Снопков, глава Минэкономики Владимир Зиновский, госсекретарь Совбеза Александр Межуев. 8 апреля в Беларуси гостил министр иностранных дел КНР Ван И. 17 апреля в Минск наведалась делегация во главе с замминистра коммерции Чжун Шанем. Так что нельзя не похвалить белорусских чиновников, готовивших визит председателя КНР: отработали по-честному.

Увы, похвалив госаппарат, приходится его тут же - вслед за главой государства - отругать. Даже наиболее продуктивные проекты в сфере энергетики (реконструкция столичных ТЭЦ-2, ТЭЦ-5, Лукомльской и Березовской ТЭЦ) не обошлись без шероховатостей. Создание трех линий по производству цемента сопровождалось претензиями и проволочками. Критике подвергались закупленные в КНР электровозы, и уж точно только ленивый не ругал проект сборки в РБ автомобилей Geely.

Эталоном проблем белорусско-китайского сотрудничества может служить КБИП «Великий камень»: строить решили в 2010г., первый камень заложили в 2014г., первое производство планируется запустить в 2015г., электрификация КБИП потребовала отдельного межправительственного соглашения. Можно беспрерывно перекладывать эти проблемы на широкие китайские плечи, однако очевидно, что косяки проектного менеджмента, бизнес-планирования, маркетингового обоснования и т.п. - наши. Недаром форматы сотрудничества с КНР у нас зачастую ищутся на ощупь и формулируются наугад: от «китайского островка в центре Европы» или чайнатауна - к технопарку, прототипом которого стал построенный 30 лет назад индустриальный парк в Сучжоу.

Неповоротливость белорусского менедж-мента, видимо, объясняется тем, что наши крепкие хозяйственники подсознательно отождествляют партнеров с союзным центром в СССР 1970-х гг., втайне надеясь, что добрый дядя из Пекина возьмет на себя все - стратегическое планирование, финансирование, строительство, обеспечение загрузки мощностей и т.п. Однако у доброго дяди свой бизнес - он любит и умеет считать деньги, поэтому не намерен за свой счет сверхурочно решать чужие проблемы.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ СИ ДУМАЕТ ПРО СИНЕОКУЮ

Си Цзиньпин представляет приморскую (шанхайскую) группировку в руководстве КПК, связанную с восточными областями Китая, где сосредоточены бизнес-элиты, финансы, производственные мощности и трудовые ресурсы страны. Отсюда - деловитый прагматизм, продемонстрированный при оценке сотрудничества. Например, на бизнес-форуме 11 мая гость заявил: «Китайская сторона желает делиться с Беларусью передовой техникой и высокопроизводительными мощностями в области железных дорог, электроэнергетики, телекоммуникаций и производства оборудования, при этом приветствует расширение белорусскими предприятиями инвестиций в экономику Китая». Отмечена высокая себестоимость успехов двустороннего сотрудничества «на фоне слабого восстановления глобальной экономики», предложено сконцентрировать внимание на содействии МСБ, усилиях местных властей по улучшению бизнес-климата и т.п.

Стоит отметить знаки уважения принимающей стороне: накануне визита лидер КНР опубликовал в «СБ. Беларусь сегодня» статью под названием «Пусть дружественное сотрудничество между Китаем и Беларусью будет подобно раскатистой и задорной песне». Если вынести за скобки восточную цветистость метафор, помимо экономической повестки дня белорусскому читателю напомнили про Чжу Минь, «дочь одного из основателей нового Китая, маршала Чжу Дэ», очутившуюся в нацистском концлагере под Минском, генерала Тан До, сражавшегося в небе над белорусской столицей, про уроженцев Беларуси: генерал-лейтенанта Алексея Благовещенского, генерал-лейтенанта Евгения Николаенко, генерал-майора Гавриила Здановича, освобождавших северо-восточный Китай от японских оккупантов. Кстати, многие ли белорусские историки и чиновники (не говоря уже о рядовых гражданах) знают фамилии этих военачальников?

Еще до визита Лукашенко заявил о готовности «участвовать в реализации всех элементов концепции председателя Си Цзиньпина «Пояс и Путь». В РБ не принято уточнять, что за пояс и что за путь, однако раз президент сказал - так тому и быть. Между тем председатель КНР во время визита упоминал эту концепцию практически во всех своих выступлениях.

Справка «БелГазеты». Концепции «Экономический пояс Шелкового пути» и «Морской путь XXI в.» выдвинуты Си Цзиньпином осенью 2013г. В первом случае речь идет о сотрудничестве вокруг Великого Шелкового пути, во втором - о морском маршруте, опоясывающем Евразию с юга (порты провинции Фуцзянь - Персидский залив - Средиземное море). Китайцы характеризуют проект как геополитический и экономический, нацеленный на решение целого комплекса задач: поставки сырья и экспорт товаров двумя альтернативными способами (морской и сухопутный), обеспечение безопасности коммуникаций, выстраивание на этой основе межгосударственного сотрудничества, выравнивание дисбаланса между продвинутыми восточными провинциями и слаборазвитым западом КНР и пр. Проект позиционируется не как блок, союз или объединение, а как гибкий, многополярный, открытый процесс сотрудничества, основанного на взаимном уважении.

До сих пор Путь и Пояс так или иначе входили в противоречие с евразийской интеграцией: рынок емкостью в несколько миллиардов заведомо привлекательнее даже максимума потенций ТС-ЕАЭС ($200-300 млн.), «Морской путь XXI в.» - прямой конкурент российскому Севморпути и т.п. Однако 8 мая в Москве Си Цзиньпин и Владимир Путин подписали соглашение об интеграции экономического пояса Шелкового пути и российского трансъевразийского торгово-инфраструктурного проекта.

Беларусь вовлечена в эти начинания как непосредственно (отношения с КНР), так и опосредованно (ЕАЭС), при этом оба геополитических вектора РБ (Россия+Европа) - лишь звенья маршрутов Пути и Пояса. На фоне смещения глобальной экономической активности в Азиатско-Тихоокеанский регион местечковый концепт «моста между Востоком и Западом», стандартный для Восточной Европы, окажется жизнеспособен в той степени, в которой сможет вписаться в общемировой тренд. Пока КНР масштабирует торговлю и безопасность в пространстве, завоевывая рынки и снижая издержки, РБ неподвижно сидит у таможенного шлагбаума, молчаливо взимая мзду с проходящих через ее территорию транспортных потоков. Увы, отечественная экономика не может похвастаться эффективным использованием возможностей, открываемых перед ней отечественной дипломатией. Пора шевелиться: под лежачий камень вода не течет.