Виктор Янукович: Да, я хочу вернуться в политику, часть 2

— Виктор Федорович, можете объяснить, почему вы отказались подписать Соглашение с Евросоюзом в ноябре 2013 года? Ведь формально именно это решение запустило механизм протестов, закончившихся госпереворотом в феврале 2014 года.

— Хочу подчеркнуть, что мы не отказались, а отложили подписание Соглашения. Это было сделано после взвешенного решения Кабинета министров.

А вызвано это было тем, что Соглашение, в той версии, которую нам предлагали подписать наши европейские партнеры, не соответствовало национальным интересам Украины. В таком виде это Соглашение подписывать было нельзя. Это было бы преступление против Украины, против украинского народа. Я предложил отложить подписание этого Соглашения, урегулировать те разногласия, которые в нем есть, найти такие решения, которые бы соответствовали национальным интересам Украины.

Главная причина такого решения была в том, что договор о создании зоны свободной торговли приносил Украине катастрофические последствия — фактически ликвидацию машиностроительной отрасли. На втором месте под удар попадал агропромышленный комплекс.

Например, в области транспортного машиностроения. В Европе узкая колея, а в Украине, России и странах СНГ — широкая колея. Это уже не тот стандарт. И под этот стандарт выпускается очень много транспортного оборудования.

Где рынки сбыта этой продукции? Это Россия и страны СНГ. Зачем обманывать нам друг друга с Европой, если речь идет о закрытии этого машиностроительного комплекса? Куда людей девать?

Что касается агропромышленного комплекса, мы прекрасно понимали, что нужно защищать украинский рынок. Потому что если мы его откроем, как предлагалось в Соглашении, то из Европы пойдут более дешевые и качественные товары, которые начнут вытеснять украинских товаропроизводителей с местного рынка. А фермерам что делать, если рынок СНГ закроется?

Если взять энергетику — аналогичная ситуация. Сегодня энергетическое оборудование, которое производится в Украине, тоже на 90% поставляется в Россию, страны СНГ.

Поэтому, перед подписанием этого Соглашения нам нужно было согласовать все вопросы в формате Украина — ЕС — Россия.

Я много раз встречался с представителями ЕС и в Киеве и в Брюсселе по поводу Соглашения. Я очень подробно говорил о рисках разрушения структуры украинской экономики на всех международных встречах. И я задавал им вопросы — кто будет заботиться о тех людях, которые потеряют рабочие места? Кто восполнит те потери бюджета, которые мы получим в результате уничтожения отраслей? Да никто! Никто не будет нам компенсировать убытки и потери.

Тогда же мы запросили финансовую помощь у МВФ, но нам отказали. И тогда мы начали вести переговоры с Россией.

— Возвращаясь к теме Майдана и его причинам. Многие на Украине говорят, что основной причиной Майдана был не отказ от подписания Ассоциации, а тотальная коррупция.

— К сожалению, в Украине коррупция была и до меня, и продолжается после. Но заявления о том, что при моем президентстве коррупция была наивысшей, являются, мягко говоря, враньем. Более того, согласно соцопросу, проведенному недавно по заказу Института республиканской партии США, большинство украинцев считают, что при моем президентстве с коррупцией боролись больше, чем сейчас.

— При этом на Украине утверждают, что вы лично вывели за границу миллиарды долларов…

— Если это правда, то за счет чего тогда развивалась экономика? За счет чего удерживался курс гривны? За счет чего мы выплачивали и регулярно повышали пенсии и зарплаты? Сдерживали рост тарифов на коммунальные услуги?

Если рассуждать по этой логике, то после моего отъезда все эти деньги, которые якобы выплачивались мне, должны были пойти в бюджет! А где же они сейчас? Логично было бы, чтобы бюджет Украины наполнился десятками миллиардов долларов, которые якобы Янукович забирал себе. Но ведь Януковича уже почти два года как нет в Украине!

Во время моего президентства, как я уже говорил, я хотел добиться, чтобы олигархи направляли свои сверхприбыли в бюджет Украины, а не набивали себе карманы. А они, защищаясь, распространяли слух о том, что в Украине власть пытается, как говорится, "задавить" бизнес, у кого-то что-то отобрать. Уже прошло достаточно много времени — почему никто не скажет, что я у кого отобрал?

— Вы вели переговоры с Евросоюзом об Ассоциации на протяжении четырех лет. При вашем правлении Украина наиболее сильно продвинулась в направлении Европы. Когда вы в последний момент отложили подписание — вы ожидали, что реакция Запада будет такой резкой? Или воспринимали это как еще один этап переговоров?

— Сразу после того, как в Вильнюсе я отказался подписывать и сказал, что мы приостанавливаем подписание до тех пор, пока мы не отрегулируем эти спорные вопросы, уже на следующий день Януковича объявили диктатором.

Я прекрасно понимал, что, если бы я подписал такое Соглашение, меня бы принимали, как говорят, с оркестром и с цветами в Европе. И не было бы такого, а вот мое неподписание сразу привело к тому, что начали действовать жёстко и однозначно. Я понимал, что будет борьба, и я привык к этому в жизни, не бывает такого без борьбы. Украина никому не нужна сильная. Украина нужна, чтобы была послушная, чтобы Украина была просящая…

Я думаю, что пройдет время, все равно, очень скоро, в Украине, украинцы поймут, что кроме нас самих, сильная Украина не нужна никому.

— Как вы считаете, смогут ли украинцы, участвовавшие в боевых действиях, стрелявшие друг в друга, вместе построить сильную Украину?

— Это, безусловно, проблема, которую придется решать еще долго. К сожалению, сейчас ежедневно приходится слышать о взрывах и стрельбе по всей Украине.

В Киеве в 2015 году число преступлений с применением огнестрельного оружия увеличилось по сравнению с прошлым годом в три раза! Кто может этому противостоять? Только компетентные профессиональные правоохранительные органы. Но, после того как милиция и спецподразделения МВД были дискредитированы и унижены, а героями сделали тех, кто их заживо "сжигал" и убивал на Майдане, вряд ли правоохранители будут рисковать своими жизнями в противостоянии с теми, у кого в руках оружие.

Поддерживая во время Майдана противоправные и преступные действия радикалов, нынешняя власть уже тогда породила беззаконие, от которого сейчас страдают украинцы.

— Сейчас в стране огромное количество вооруженных радикалов с не очень понятным статусом: то ли национальные войска, то ли бандиты, то ли добровольческие батальоны. Что делать с этими людьми?

— Никогда в стране не будет порядка, если не будет изменено отношение к правоохранительным органам, к людям, которые там работают. Ведь посмотрите, чем отличается милиционер, который стоял возле Верховной рады, там четыре человека погибли. Я не против, того, что Порошенко наградил их посмертно званиями Героев Украины. Правильно сделал, по большому счету. Но чем отличаются эти люди от тех, кто стояли на Майдане в декабре, в январе, в феврале 2014 года? Их же жгли коктейлями Молотова! Они защищали правительственные здания, а их потом в конце концов расстреливали. Откуда, кто стрелял, власть за два года не нашла возможности расследовать, а уже пора было бы.

Всем известно, сегодня не трудно в интернете всю эту информацию выловить, понятно, что стреляли из зданий, которые были захваченные Майданом. Есть "Небесная сотня", а есть убитые милиционеры… Где они? О них кто-то вспомнил добрым словом? А те люди, которые там стояли, которых жгли коктейлями Молотова? И избивали! О них кто-то вспомнил добрым словом? Чем они отличаются?

Поощряли бандитизм в то время — допоощрялись. Получите сейчас у Верховной Рады бойню (речь о 31 августа 2015 года, когда после столкновения с радикалами погибли четыре бойца Нацгвардии и получили ранения более 100 человек — Ред.) И в таком состоянии сейчас находится вся страна. И сегодня заставить работников органов внутренних дел работать или наводить порядок, разбираться с вооруженными людьми никто не заставит. Потому что к ним отношение такое. Понимаете?

Вот следствие тех событий и причины тех событий, которые были тогда и сейчас возникли у стен Верховной рады. Нельзя одних бичевать, клеймить позором, незаконно и незаслуженно, а из других делать героев. Из нарушителей закона делать героев! Вот они сделали "героев" и "герои" сейчас ходят с оружием, ходят с гранатами.

— Вы считаете, сотрудники "Беркута" не причастны к расстрелам на Майдане?

— Обвинения беркутовцев, Зинченко и Аброськина — это сегодня выглядит как фарс. И, на мой взгляд, там нет никаких реальных доказательств того, что они занимались этой стрельбой.

— Если "Беркут" не виноват, то к кому, по вашему мнению, у ГПУ должны быть вопросы по этим расстрелам?

— Сейчас, наверное, только следствие считает, что всех протестующих расстреляли беркутовцы. Но правду нельзя вечно скрывать — уже известно, что большинство убитых 20 февраля погибли от пуль снайперов, которые вели огонь из зданий, захваченных Самообороной Майдана. И сегодня в свободном доступе есть масса доказательств этому.

Существует также много других доказательств, но генпрокуратура только сейчас начала допрашивать членов "Свободы" по делу о расстреле на Майдане. Сомневаюсь, что дело пойдет дальше допросов… Я бы назвал это имитацией расследований с целью дискредитации "Свободы" как политической силы. И это только потому, что "Свобода" перешла дорогу нынешнему президенту Порошенко.

А сколько мы будем ждать, пока Генпрокуратура начнет допрашивать о расстрелах Турчинова, Парубия и Пашинского? Они все связаны кровью на Майдане, благодаря чему и пришли к власти. Поэтому в объективном расследовании тех трагических событий они не заинтересованы. Как говорят: "ворон ворону глаз не выклюет".

Бойцы "Беркута" оказались "крайними" в этой ситуации — на них удобно списать чужие преступления. Как вы думаете, если бы по моему приказу "Беркут" расстреливал протестующих, то за почти два года у следствия были бы факты, подтверждающие это? Заявления властей о якобы исчезнувших или вывезенных доказательствах не выдерживают критики.

С 22 февраля 2014 года в Украине уже всё контролировалось ими, и если доказательства исчезли, то в этом, прежде всего, были заинтересованы представители нынешнего режима. Никто больше на это влиять не мог!

Я твердо убежден, что за расстрелами стоят некоторые нынешние высокопоставленные чиновники в Украине, которые постарались тщательно замести следы. Но если ситуация изменится, и в стране наконец-то начнется настоящее, объективное расследование — еще можно успеть найти и доказать вину убийц. И я в этом очень заинтересован.

Турчинов, Парубий и Пашинский — непосредственные участники этих событий, ни разу не были вызваны на допрос. Хотя я понимаю, они работают там консультантами у этих следователей — "что делать" и "как делать" и так далее… То есть, поэтому неслучайно исчезли все факты, доказательства, всё, что можно было уничтожить или вывезти, это, на сегодняшний день, все сделано. Опять таки, я не исключаю, что если ситуация изменится, и эти люди отойдут, как говорится, в сторонку и не будут влиять на следствие, все-таки, доказательства можно найти. И я в этом очень заинтересован.

— Ваши адвокаты заявили, что так называемое "дело о Майдане" против вас приостановлено, однако в генеральной прокуратуре Украины их информацию опровергли. Какая информация соответствует действительности?

— Так называемое "дело о Майдане" в отношении меня действительно приостановлено. В подтверждение лживости заявления генеральной прокуратуры я готов продемонстрировать официальный документ ГПУ, в котором говорится о том, что это дело против меня приостановлено. С 2014 года следственные действия по данному делу не ведутся. Генеральная прокуратура отказывается провести допрос в режиме видеоконференции или прислать следователя по адресу моего фактического пребывания, который мои адвокаты передали в ГПУ.